Следующий день и все остальные были для Нэба одинаково безрадостны: ругань, тычки и причиняющие сильную боль побои. Толстый, грязный кок Петрос стегал его завязанным узлами линьком, который всегда держал при себе. Мальчик привык к такому обращению, он достаточно настрадался в семействе Бьернсонов. Только с «Летучего голландца» некуда было бежать и негде было спрятаться от побоев и безжалостного кока.

Однако Нэб притерпелся к такому существованию на корабле. Он был немым, не мог пожаловаться, да и некому было. Но как раз это закалило его, помогая выжить. Постепенно в нем выработалась спокойная уверенность в своих силах. Нэб ненавидел Петроса и вообще всех членов команды, которая не проявляла к нему ни жалости, ни дружелюбия. Вот с капитаном дело обстояло по-другому. Нэб знал, что моряки на борту, все до одного, боятся Вандердеккена. От капитана веяло беспощадной властной силой, которую чувствовал не только мальчик, хотя голландец никогда не проявлял ненужной жестокости, если его приказы выполнялись беспрекословно и быстро. Инстинкт выживания подсказывал Нэбу, что с капитаном он в большей безопасности, чем с остальными, и он стоически с этим мирился.

Глава 3

Эсбьерг был последним портом в Дании, куда предстояло зайти «Летучему голландцу», прежде чем плыть в Северное море, а потом дальше, через Ла-Манш. И тогда корабль окажется в Великом Атлантическом океане. Кое-кто из команды был отправлен на берег за провиантом. Возглавляли экспедицию Петрос и англичанин — помощник капитана. Капитан Вандердеккен заперся у себя в каюте и занялся изучением карт. Перед уходом грек схватил Нэба и приковал его за щиколотку к железной ножке плиты.

— Еще сбежишь, чего доброго, а я как раз всему тебя научил! В Дании рабов не найти. До стола ты дотянешься. Там солонина и капуста, чтобы не скучать, нарежь их. Нож я беру с собой, а ты возьми старый. Знаешь, что будет, если к моему возвращению не выполнишь работу?